… Мартын был из тех людей, для которых хорошая книжка перед сном – драгоценное блаженство. Такой человек, вспомнив случайно днем, среди обычных своих дел, что на ночном столике, в полной сохранности ждет книга, – чувствует прилив неизъяснимого счастья.
«Подвиг» В.В. Набоков
Он подумал: где еще в жизни будет так, как тогда, как сейчас, – смотреть на ночное небо, – на какой пристани, на какой станции, на каких площадях? Чувство богатого одиночества, которое он часто испытывал среди толпы, блаженное чувство, когда себе говоришь: вот, никто из этих людей занятых своим делом, не знает, кто я, откуда, о чем сейчас думаю, – это чувство было необходимо для полного счастья, и Мартын с замиранием, с восторгом себе представлял, как – совершенно один, в чужом городе, в Лондоне, скажем, – будет бродить ночью по неизвестным улицам.
«Подвиг» В.В. Набоков
Так же, как в Новом Завeтe Мартын любил набрести на «зеленую траву», на «кубовый хитон», он в литературe искал не общего смысла, а неожиданных, озаренных прогалин, гдe можно было вытянуться до хруста в суставах и упоенно замереть.
«Подвиг» В.В. Набоков
Русское словообразование, рождение новых слов, - сказал Мун, обернувшись вдруг к улыбающемуся Дарвину, - кончилось вмeстe с Россией; то-есть два года тому назад. Все послeдующее - блатная музыка.
«Подвиг» В.В. Набоков
Профессором русской словесности и истории был в ту пору небезызвeстный Арчибальд Мун. В России он прожил довольно долго, всюду побывал, всeх знал, все перевидeл…Говорили, единственное, что он в мирe любит, это - Россия. Многие не понимали, почему он там не остался. На вопросы такого рода Мун неизмeнно отвeчал: «Справьтесь у Робертсона» (это был востоковeд) «почему он не остался в Вавилонe». Возражали вполнe резонно, что Вавилона уже нeт. Мун кивал, тихо и хитро улыбаясь.
«Подвиг» В.В. Набоков
Работает на WordPress